Зачем?

Зачем

Все разбросал и попытался сжечь – осознал, что если и можно о чем-то писать, то только о том, что волнует, что зацепляет. Сколько страниц было понаписано в поисках любовного ответа от расплывчатого образа читателя. Иногда такие приходили, но в основном пустота. Культивированное обратное чувство – расчет  на продажную любовь обдуманного или вежливой похвалы, приводила к такой же ерунде.

Правда было два человека, которые совершенно искренне вдруг поверили в его незначительное творчество, и так яростно одобряли, что он засомневался. Ведь у человека так мало времени и энергии, он может так мало прочитать и тем более осмыслить и поделиться своими мыслями. Энергии хватает чтобы самому написать, и кажется где-то там в тени стоят куча людей, кто не обладает таким волшебным даром и только и ждут что найдутся люди кто сложит пару слов в предложения и породив таким образом текст выдаст его на чтение и умиротворение.

Но такой толпы нет. Вернее все в этой толпе и никого одновременно. Те кто не может сложить пары слов в предложения совершенно не заинтересует получившийся таким образом текст, у них другие интересы. А те кто могут, уже более разборчивы. Уж стоять в теневой толпе с протянутой рукой им точно не интересно.

Как мало времени. Как мало сил. Когда он приходил с работы и включал компьютер он сидел около часа и смотрел новости, не было сил сосредоточиться. Не то чтобы работа была такой уж сложной, было что-то в ней тяжелое эмоциональное. Чувство неправильности, чувство отчаяния от того, что уходит драгоценное время, от того, что все силы отданы этому не любимому делу. От того, что если бы рискнуть, зажмуриться, оттолкнуться и броситься в бездонную пучину поиска себя, то есть маленький шанс вынырнуть с зажатым в руке бриллиантом самореализации. Но это так опасно. Надо идти без карты, а кругом столько страхов. Пара недель неудачного опыта и реальная угроза запоя. И так ходил на грани. Одиночество, разрушение надежд семьи и прочее.

Так остается какая-то искорка надежды. Вот прошел час и пальцы медленно начали касаться клавиш порождая слова и фразы. Бег их был не ровен, постоянно надо было останавливаться и оглядываться, прибавляя написанное к огромной массе уже порожденного текста. Приходилось работаться сразу за несколько человек, за писателя, менеджера и очень требовательного читателя, который с холодной рассудительностью анализировал текст и или давал команду двигаться вперед или осуждающе молчал. В последнем случае автор прекращал полет мысли и начинал лихорадочно думать чем же угодить этому требовательному писателю. Потом у него появлялись пару идей и он их опробывал. Если появлялось как-то подобие одобрения медленно продвигался дальше. В это время менеджер смотрел на часы и соизмерял потраченные силы время дня, задачи на завтра на работе. Проанализировав все это он давал команду прекратить работы и отправляться спать. Как правило это возникало тогда когда что-то начинало получаться и в душе загорался теплый огонек интереса. Потом менеджер напоминал, что завтра и после завтра скорее всего работы над текстом  не будет, так сложились обстоятельства для возможности напиться.

Проходило несколько  дней и усталые пальцы тянулись к клавишам, несчастный автор виновато смотрел на грозного читателя и безучастного менеджера. Кто-то тихо за всей этой компанией спрашивал: зачем я все это делаю?

 

Проверьте также

Писать, не писать?

Ну, нет бля, писателем я быть не желаю. Нафига мне это надо, этот цейроз печени, …